Павел Алеппский о Москве 1655 года:
Для службы при дворе и его надобностей назначен великий субаши (полицейский офицер) который постоянно, день и ночь, оберегает дворец от пожара, а в городе поставлен другой субаши, который объезжает его ночью и днем, из опасения пожара. В это лето они запечатали лежанки и печи, кои открывают только по четвергам, чтобы жители могли испечь в них хлебы. Всякого, у кого заметят дым, выходящий из дома, тащат, бьют, заключают в тюрьму и берут с него большой штраф. Когда варят кушанье на открытом дворе, то боятся, чтобы ветер не разнес огонь, и не загорелись окружающие дома, ибо все дома в этой стране, как мы сказали, деревянные.
Много раз по ночам случался большой пожар: куда было бежать им, бедным обитателям этих домов и кварталов, и что делалось с их вещами? По этой причине (жители) каждой улицы держат свои сундуки в своей каменной церкви, из опасения подобного (бедствия).
Адам Олеарий о Москве 1634-39 гг.:
Жилые строения в городе (за исключением домов бояр и некоторых богатейших купцов и немцев, имеющих на дворах своих каменные дворцы) построены из дерева или из скрещенных и насаженных друг на друга сосновых и еловых балок. Крыши крыты тесом, поверх которого кладут бересту, а иногда — дерн. Поэтому-то часто и происходят сильные пожары: не проходит месяца или даже недели, чтобы несколько домов, а временами, если ветер силен — целые переулки не уничтожались огнем. Мы в свое время по ночам иногда видели, как в 3-4 местах зараз поднималось пламя. Незадолго до нашего прибытия погорела третья часть города и, говорят, четыре года тому назад было опять то же самое.
Водою здесь никогда не тушат, а зато немедленно ломают ближайшие к пожару дома, чтобы огонь потерял свою силу и погас. Для этой надобности каждый солдат и стражник ночью должен иметь при себе топор.

Чтобы предохранить каменные дворцы и подвалы от стремительного пламени во время пожаров, в них устраивают весьма маленькие оконные отверстия, которые запираются ставнями из листового железа.
(В 1624-26 гг. Московский печатный двор среди ведер, багров и прочего противопожарного инвентаря приобрел кирпич для быстрой закладки окон при пожаре).
Те, чьи дома погибли от пожара, легко могут обзавестись новыми домами - за Белой стеной на особом рынке стоит много домов, частью сложенных, частью разобранных. Их можно купить и задешево доставить на место и сложить.
Для службы при дворе и его надобностей назначен великий субаши (полицейский офицер) который постоянно, день и ночь, оберегает дворец от пожара, а в городе поставлен другой субаши, который объезжает его ночью и днем, из опасения пожара. В это лето они запечатали лежанки и печи, кои открывают только по четвергам, чтобы жители могли испечь в них хлебы. Всякого, у кого заметят дым, выходящий из дома, тащат, бьют, заключают в тюрьму и берут с него большой штраф. Когда варят кушанье на открытом дворе, то боятся, чтобы ветер не разнес огонь, и не загорелись окружающие дома, ибо все дома в этой стране, как мы сказали, деревянные.
Много раз по ночам случался большой пожар: куда было бежать им, бедным обитателям этих домов и кварталов, и что делалось с их вещами? По этой причине (жители) каждой улицы держат свои сундуки в своей каменной церкви, из опасения подобного (бедствия).
Адам Олеарий о Москве 1634-39 гг.:
Жилые строения в городе (за исключением домов бояр и некоторых богатейших купцов и немцев, имеющих на дворах своих каменные дворцы) построены из дерева или из скрещенных и насаженных друг на друга сосновых и еловых балок. Крыши крыты тесом, поверх которого кладут бересту, а иногда — дерн. Поэтому-то часто и происходят сильные пожары: не проходит месяца или даже недели, чтобы несколько домов, а временами, если ветер силен — целые переулки не уничтожались огнем. Мы в свое время по ночам иногда видели, как в 3-4 местах зараз поднималось пламя. Незадолго до нашего прибытия погорела третья часть города и, говорят, четыре года тому назад было опять то же самое.
Водою здесь никогда не тушат, а зато немедленно ломают ближайшие к пожару дома, чтобы огонь потерял свою силу и погас. Для этой надобности каждый солдат и стражник ночью должен иметь при себе топор.

Чтобы предохранить каменные дворцы и подвалы от стремительного пламени во время пожаров, в них устраивают весьма маленькие оконные отверстия, которые запираются ставнями из листового железа.
(В 1624-26 гг. Московский печатный двор среди ведер, багров и прочего противопожарного инвентаря приобрел кирпич для быстрой закладки окон при пожаре).
Те, чьи дома погибли от пожара, легко могут обзавестись новыми домами - за Белой стеной на особом рынке стоит много домов, частью сложенных, частью разобранных. Их можно купить и задешево доставить на место и сложить.
no subject
Date: 2017-02-12 11:00 pm (UTC)Лесков, Николай Семёнович "Печерские антики"
"... дело, которое ещё более артистически исполнял, но о котором умалчивал квартальный, относилось к антикварному роду: он знал секрет, как "старить" новые доски для того, чтобы ими "подшивать" ночью прогнившие крыши. И делал он это так, что никакой глаз не мог отличить от старого новых заплат его мастерского приготовления.
В том самом караван-сарае, где складывались натуральные подати с базарных торговцев и производилась меновая торговля, тут же у Ивана Дионисовича была и антикварная мастерская. Здесь находились дрань, лубья и дёготь или колёсная смола, по-малороссийски "коломазь". Всё это было набрано на базаре с торговцев безданно-беспошлинно и назначалось в дело, которое, при тогдашних строгостях, заключало в себе много тайности и немало выгод. Химия производилась в огромном старом корыте с разведённым в нём коровьим помётом и другими элементами, образовывавшими новые соединения. Элементы все были простые: навоз, песок, смола и зёрна овса "для проросли". В этом корыте лежали приуготовляемые для антикварных работ лубы и драницы. Они подвергались довольно сложному процессу, за которым классик наблюдал не хуже любого техника, и новому материалу придавался вид древности изумительно хорошо и скоро. Квартальный сам дошёл до того, как составлять этот античный колорит и пускать по нему эту весёлую зелёненькую проросль от разнеженных овсяных зёрен. Стоило приготовленную таким способом доску приколотить на место, и, как "Бибик" около неё ни разъезжай, ничего он не отличит. "
no subject
Date: 2017-02-13 02:09 pm (UTC)