Взлет на Ту-154
Jan. 10th, 2017 07:33 pm![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
e-pipe.livejournal.com posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
engineering_ruОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
mir_mag в Ершов. Раздумья ездового пса. Взлет на Ту-154
mir_mag в Ершов. Раздумья ездового пса. Взлет на Ту-154Отрывок из документальной повести.
Думаю, к месту и многие технические особенности описаны вполне доступным языком. Ежели что-то непонятно - спрашивайте.
– Режим взлетный, держать РУД!
Включены фары и часы. Пошло время.
– Скорость растет!
– Режим взлетный, параметры в норме, РУД держу!
Застучали стыки бетонных плит, быстрее, быстрее…
– Сто шестьдесят! Сто восемьдесят! Двести! Двести двадцать! Двести сорок! Рубеж!
– Продолжаем взлет!
– Двести шестьдесят! Двести семьдесят! Подъем!
Штурвал на себя, взгляд на авиагоризонт. Машина энергично задирает нос и плотно ложится на поток. Тишина под полом. Только глухо грохочут раскрученные колеса передней ноги.
– Безопасная! Десять метров!
– Шасси убрать!
– Пятьдесят метров!
– Фары выключить, убрать!
– Шасси убираются, – грохот и стук замков. – Шасси убраны!
– Фары убраны! Высота сто двадцать, скорость триста тридцать!
– Закрылки пятнадцать!
– Убираю пятнадцать!
– Закрылки ноль!
– Закрылки убираются синхронно, стабилизатор перекладывается правильно, предкрылки убираются! Механизация убрана!
– Режим номинал!
– Круг установлен! Разворот на курс 323! Показания авиагоризонтов одинаковые!
– Красноярск-круг, 85417, взлет, правым, Михайловка.
Начался полет.
Все это заняло полторы минуты. И это – все, что услышал бы находящийся в кабине наблюдатель.
А вот что чувствую и делаю в это время я – капитан, пилотирующий самолет.
Плавно отпустив тормоза, я слежу, как самолет выдерживает направление. Обычно боковой ветер начинает разворачивать самолет, а я отклоняю противоположную педаль и удерживаю машину, не давая ей развернуться против ветра. Ось полосы пилот всегда старается держать, фигурально выражаясь, между ног. Если машина рыскнет против ветра так, что отклонения педалей не хватит, можно чуть нажать тормозную педальку. Но обычно со скорости 160 уже эффективен руль направления, поэтому ботинки снимаются с тормозных педалек и опускаются каблуками на пол, в полетное положение.
В это время двигатели выходят на взлетный режим, и бортинженер докладывает, что с двигателями все в порядке и он удерживает рычаги управления двигателями от самопроизвольного отхода назад. Бывало, от вибрации и ускорения они отходили; теперь за этим следят.
По мере роста скорости, которую громко отсчитывает штурман, движения педалей все мельче и мельче. Взгляд на далекий горизонт: так легче удержать направление на разбеге.
Боковой ветер требует энергичного отрыва самолета, чтобы случайно не понесло вбок и повторно не стукнуться о бетон с боковой нагрузкой.
Рубеж. Это расчетная скорость, определяющая последнюю возможность остановиться в пределах полосы в случае отказа двигателя. Но у нас все двигатели работают нормально, поэтому взлет продолжаем.
Подъем. Штурвал энергично берется на себя, и нос поднимается настолько, чтобы увеличившаяся от изменения угла атаки подъемная сила потащила машину вверх.
Обычно я чуть выжидаю, еще секунду, чтобы поднять машину с гарантией. Потому что здесь поджидают несколько возможных неприятностей.
Самолет может быть перегружен – ошиблись на складе и загрузили чуть побольше груза. На этот случай лишняя секунда – это несколько лишних километров в час, дополнительная подъемная сила.
Или груз могут так неудачно расположить в багажниках, что большая часть его будет впереди – так называемая передняя центровка. Тяжелый нос тяжелее поднимать. Лишняя скорость – большая эффективность руля высоты.
Но отрыв на большой скорости опасен для колес: центробежные силы при слишком быстром вращении могут разорвать шины. Так что приходится бросить взгляд на прибор скорости и не задерживать подъем.
И еще одна опасность подстерегает нерадивый экипаж. Если забыли выпустить закрылки перед взлетом. Закрылки значительно сокращают длину разбега, позволяя на меньшей скорости, чем с «чистым» крылом, отделить машину от бетона. И если их забыли выпустить, то машина на рассчитанной для выпущенных закрылков скорости не оторвется: не хватит ей подъемной силы. Надо разгоняться дальше, чтобы достичь расчетной скорости отрыва для «чистого» крыла, а полоса-то кончается…
Были катастрофы. Резко рванув штурвал на себя и не дождавшись отрыва, пилот продолжал тянуть штурвал и дальше, как у нас говорят, «до пупа», создавая машине угол атаки, значительно больший, чем разрешено. На этом угле самолет хоть и развивал кратковременно подъемную силу, равную весу, но лететь не мог и сваливался. Это называется «подрыв».
На самолетах стали устанавливать сигнализацию, предупреждающую о том, что механизация крыла не выпущена во взлетное положение. Но опытный летчик перед взлетом обязательно бросит взгляд на указатель и убедится, что закрылки выпущены, а значит, по команде «подъем» можно смело брать штурвал на себя и машина пойдет вверх.
Оторвались. Бешеная мощь двигателей уносит самолет вверх и разгоняет скорость до безопасной. Безопасная – минимальная скорость, на которой эффективности рулей хватает для управления машиной, если вдруг откажет один двигатель; на этой скорости нужно скорее отойти от земли. До большей скорости при определенных условиях (жара, высокогорный аэродром) машина с отказавшим двигателем может попросту не разогнаться – не хватит мощности.
Но когда работают все двигатели, мощности хватает с избытком, и скорость нарастает так быстро, что только успевай. Как только машина оторвалась, на высоте не ниже 5 метров убираются шасси. Тут же, на высоте 50 метров, убираются выпускные фары: на скорости более 340 их может повредить поток.
Пока идут все эти манипуляции, я по авиагоризонту фиксирую угол тангажа, слежу за скоростью и вариометром и краем глаза замечаю погасание красных лампочек сигнализации шасси.
А скорость растет, приходится увеличивать угол тангажа, задирая нос; вариометр показывает набор высоты по 15 метров в секунду… не передрать бы. Подходит высота 120 метров – начало уборки закрылков. Эта операция сопровождается падением подъемной силы, и надо так распорядиться ростом скорости, чтобы компенсировать это падение. Кроме того, надо еще и подтянуть штурвал, чтобы избежать просадки, но не потерять скорость при втором этапе уборки закрылков – с 15 градусов до ноля. За время уборки до ноля надо разогнать машину до безопасной скорости с «чистым» крылом – 400 километров в час. И на все это уходит секунд пятнадцать.
Все эти движения штурвалом туда-сюда искривляют траекторию полета и напрягают желудки пассажиров. Надо делать все уверенно, вовремя и плавно.
Механизация убрана, но еще мигает табло уборки предкрылков; надо не выскочить за предел скорости по прочности предкрылков – 450, пока табло не погаснет.
Пора снять напряжение с двигателей и установить им щадящий, номинальный режим. На номинале и будем набирать высоту до самого эшелона.
http://modernlib.ru/books/ershov_vasiliy_vasilevich/razdumya_ezdovogo_psa/read
Думаю, к месту и многие технические особенности описаны вполне доступным языком. Ежели что-то непонятно - спрашивайте.
– Режим взлетный, держать РУД!
Включены фары и часы. Пошло время.
– Скорость растет!
– Режим взлетный, параметры в норме, РУД держу!
Застучали стыки бетонных плит, быстрее, быстрее…
– Сто шестьдесят! Сто восемьдесят! Двести! Двести двадцать! Двести сорок! Рубеж!
– Продолжаем взлет!
– Двести шестьдесят! Двести семьдесят! Подъем!
Штурвал на себя, взгляд на авиагоризонт. Машина энергично задирает нос и плотно ложится на поток. Тишина под полом. Только глухо грохочут раскрученные колеса передней ноги.
– Безопасная! Десять метров!
– Шасси убрать!
– Пятьдесят метров!
– Фары выключить, убрать!
– Шасси убираются, – грохот и стук замков. – Шасси убраны!
– Фары убраны! Высота сто двадцать, скорость триста тридцать!
– Закрылки пятнадцать!
– Убираю пятнадцать!
– Закрылки ноль!
– Закрылки убираются синхронно, стабилизатор перекладывается правильно, предкрылки убираются! Механизация убрана!
– Режим номинал!
– Круг установлен! Разворот на курс 323! Показания авиагоризонтов одинаковые!
– Красноярск-круг, 85417, взлет, правым, Михайловка.
Начался полет.
Все это заняло полторы минуты. И это – все, что услышал бы находящийся в кабине наблюдатель.
А вот что чувствую и делаю в это время я – капитан, пилотирующий самолет.
Плавно отпустив тормоза, я слежу, как самолет выдерживает направление. Обычно боковой ветер начинает разворачивать самолет, а я отклоняю противоположную педаль и удерживаю машину, не давая ей развернуться против ветра. Ось полосы пилот всегда старается держать, фигурально выражаясь, между ног. Если машина рыскнет против ветра так, что отклонения педалей не хватит, можно чуть нажать тормозную педальку. Но обычно со скорости 160 уже эффективен руль направления, поэтому ботинки снимаются с тормозных педалек и опускаются каблуками на пол, в полетное положение.
В это время двигатели выходят на взлетный режим, и бортинженер докладывает, что с двигателями все в порядке и он удерживает рычаги управления двигателями от самопроизвольного отхода назад. Бывало, от вибрации и ускорения они отходили; теперь за этим следят.
По мере роста скорости, которую громко отсчитывает штурман, движения педалей все мельче и мельче. Взгляд на далекий горизонт: так легче удержать направление на разбеге.
Боковой ветер требует энергичного отрыва самолета, чтобы случайно не понесло вбок и повторно не стукнуться о бетон с боковой нагрузкой.
Рубеж. Это расчетная скорость, определяющая последнюю возможность остановиться в пределах полосы в случае отказа двигателя. Но у нас все двигатели работают нормально, поэтому взлет продолжаем.
Подъем. Штурвал энергично берется на себя, и нос поднимается настолько, чтобы увеличившаяся от изменения угла атаки подъемная сила потащила машину вверх.
Обычно я чуть выжидаю, еще секунду, чтобы поднять машину с гарантией. Потому что здесь поджидают несколько возможных неприятностей.
Самолет может быть перегружен – ошиблись на складе и загрузили чуть побольше груза. На этот случай лишняя секунда – это несколько лишних километров в час, дополнительная подъемная сила.
Или груз могут так неудачно расположить в багажниках, что большая часть его будет впереди – так называемая передняя центровка. Тяжелый нос тяжелее поднимать. Лишняя скорость – большая эффективность руля высоты.
Но отрыв на большой скорости опасен для колес: центробежные силы при слишком быстром вращении могут разорвать шины. Так что приходится бросить взгляд на прибор скорости и не задерживать подъем.
И еще одна опасность подстерегает нерадивый экипаж. Если забыли выпустить закрылки перед взлетом. Закрылки значительно сокращают длину разбега, позволяя на меньшей скорости, чем с «чистым» крылом, отделить машину от бетона. И если их забыли выпустить, то машина на рассчитанной для выпущенных закрылков скорости не оторвется: не хватит ей подъемной силы. Надо разгоняться дальше, чтобы достичь расчетной скорости отрыва для «чистого» крыла, а полоса-то кончается…
Были катастрофы. Резко рванув штурвал на себя и не дождавшись отрыва, пилот продолжал тянуть штурвал и дальше, как у нас говорят, «до пупа», создавая машине угол атаки, значительно больший, чем разрешено. На этом угле самолет хоть и развивал кратковременно подъемную силу, равную весу, но лететь не мог и сваливался. Это называется «подрыв».
На самолетах стали устанавливать сигнализацию, предупреждающую о том, что механизация крыла не выпущена во взлетное положение. Но опытный летчик перед взлетом обязательно бросит взгляд на указатель и убедится, что закрылки выпущены, а значит, по команде «подъем» можно смело брать штурвал на себя и машина пойдет вверх.
Оторвались. Бешеная мощь двигателей уносит самолет вверх и разгоняет скорость до безопасной. Безопасная – минимальная скорость, на которой эффективности рулей хватает для управления машиной, если вдруг откажет один двигатель; на этой скорости нужно скорее отойти от земли. До большей скорости при определенных условиях (жара, высокогорный аэродром) машина с отказавшим двигателем может попросту не разогнаться – не хватит мощности.
Но когда работают все двигатели, мощности хватает с избытком, и скорость нарастает так быстро, что только успевай. Как только машина оторвалась, на высоте не ниже 5 метров убираются шасси. Тут же, на высоте 50 метров, убираются выпускные фары: на скорости более 340 их может повредить поток.
Пока идут все эти манипуляции, я по авиагоризонту фиксирую угол тангажа, слежу за скоростью и вариометром и краем глаза замечаю погасание красных лампочек сигнализации шасси.
А скорость растет, приходится увеличивать угол тангажа, задирая нос; вариометр показывает набор высоты по 15 метров в секунду… не передрать бы. Подходит высота 120 метров – начало уборки закрылков. Эта операция сопровождается падением подъемной силы, и надо так распорядиться ростом скорости, чтобы компенсировать это падение. Кроме того, надо еще и подтянуть штурвал, чтобы избежать просадки, но не потерять скорость при втором этапе уборки закрылков – с 15 градусов до ноля. За время уборки до ноля надо разогнать машину до безопасной скорости с «чистым» крылом – 400 километров в час. И на все это уходит секунд пятнадцать.
Все эти движения штурвалом туда-сюда искривляют траекторию полета и напрягают желудки пассажиров. Надо делать все уверенно, вовремя и плавно.
Механизация убрана, но еще мигает табло уборки предкрылков; надо не выскочить за предел скорости по прочности предкрылков – 450, пока табло не погаснет.
Пора снять напряжение с двигателей и установить им щадящий, номинальный режим. На номинале и будем набирать высоту до самого эшелона.
http://modernlib.ru/books/ershov_vasiliy_vasilevich/razdumya_ezdovogo_psa/read
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
no subject
Date: 2017-01-10 04:32 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 05:41 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 08:07 pm (UTC)no subject
Date: 2017-02-13 03:16 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 04:34 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 04:40 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 05:01 pm (UTC)>> центробежные силы при слишком быстром вращении могут разорвать шины
ерунда.
Если уж шины и порвутся при высокой скорости, то от контакта с ВВП, а не «центробежных сил».
no subject
Date: 2017-01-10 05:40 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 05:46 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 07:26 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 12:24 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 03:09 am (UTC)Стоит продолжать ?
no subject
Date: 2017-01-11 11:43 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 12:06 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 07:25 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 05:58 pm (UTC)Читал, очень хорошая книга. Всем советую.
no subject
Date: 2017-01-10 06:00 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 06:39 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 03:40 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 06:46 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 07:27 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 07:52 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 12:15 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-10 09:29 pm (UTC)Как раз сегодня увидел:
"В пилотской кабине Dornier Do X не было рычагов управления двигателями. Вместо этого, как на крупных морских судах того времени, пилот передавал (по телефону) команду на увеличение или уменьшение мощности бортинженеру, располагавшемуся в отдельной кабине"
no subject
Date: 2017-01-10 09:31 pm (UTC)упд: уже разобрался, около 1930-го. Ну так лодка же! Хотя и летающая :-) И двигателей уйма...
no subject
Date: 2017-01-10 09:34 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 06:10 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 06:16 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 07:15 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 07:02 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 08:52 am (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 12:22 pm (UTC)Насколько я понял, можно взлетать и без механизации крыла, тогда расход топлива меньше, скороподъемность. Но при этом выше скорость отрыва, шины могут перегреться.
Т.е КВС решает в зависимости от ситуации.
Отец этого пилота до пенсии отлетал на ТУ-154. По описанию катастрофы он предположил, что очень вероятно, что вместо того, чтобы убрать шасси, убрали закрылки (на фото поднятого из моря крыла - закрылки убраны полностью).
Такие случаи случались раньше, если вовремя не заметить, то будут проблемы. На Ту и Боинге-737 точно проблемы возможны, на Суперджете автоматика не даст свалиться (со слов пилота)
no subject
Date: 2017-01-11 12:27 pm (UTC)то есть, все-таки это нештатный режим, и если пилот на него решается, то решается осознанно и не в последнюю секунду
поэтому я и спросил про автоматику, она сама напрашивается (отключаемая по желанию пилота, но по умолчанию включенная)
no subject
Date: 2017-01-11 03:25 pm (UTC)Насколько я понял из сообщений пилотов, нельзя исключать сбои автоматики (или датчиков) и элементарные ошибки в ПО даже в современных самолетах. Потому и надежность 99.999...% недостаточна, т.к последствия могут быть катастрофичными.
Случаи в Казани и над Сибирью (когда управляли дети) показали, что автоматику могли выключить и без желания пилотов (это были штатные процедуры, но пилоты это проглядели).
no subject
Date: 2017-01-13 05:33 pm (UTC)no subject
Date: 2017-01-11 10:53 am (UTC)Взлет на Ту-154
Date: 2017-01-22 06:09 am (UTC)